КНИГА ПЕРВАЯ             ЧАСТЬ ПЕРВАЯ            ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Тамара  Емельянова 

"Потомки Загадочной Расы"


главная

об авторе

 

книга первая часть I

 

книга первая часть II

 

книга вторая часть I

 

 

книга вторая часть II

 

 

книга третья  часть I

 

книга третья  часть II

 

 

Глава 11

    Разрушены брачные узы,
    Остались лишь боль и утрата.
    Но нет сожаленья о Герти,
    Лишь грусть об утерянном счастье!

Вернувшись в Эларию из брачного путешествия, Айлен связался через Ритмара с учебным центром и узнал, что Лили взяла учебный годовой отпуск и уехала. Куда уехала – никто не знал. Айлен дал себе слово, что через год он вернётся к этому вопросу и, чтобы не быть в долгу у Лили, расплатится за кинжал.

Айлен увлекался холодным оружием, и всё знал о каждом экспонате своей коллекции. Но попавший к нему таким необычным путём кинжал Айсейлоров был для него неразгаданной тайной. Ему не терпелось узнать всё об этой священной реликвии погибшего рода, а для этого – встретиться с человеком, который многое знал об Айсейлорах и даже некоторое время жил среди них. Этим человеком был дядя Айлена, Ринарис Дэйдрагон – Верховный правитель Кошара. И Айлен незамедлительно направился во дворец.

Когда Ринарис увидел в руках у своего племянника кинжал, он удивлённо посмотрел на него:

– Откуда у тебя кинжал Айсейлоров?

Айлен не стал ничего скрывать от дяди и рассказал, как к нему попал кинжал.

– Если бы я не был уверен в том, что из рода Айсейлоров никого не осталось в живых, я бы подумал, что твоя возлюбленная – Айсейлорка.

– Почему? – спросил Айлен, и попросил:

– Расскажи мне об Айсейлорах.

– Этот кинжал являлся священным для Айсейлоров. Его нельзя было купить, а можно было только получить в подарок. Мужчины, да и женщины тоже, получали такой кинжал за особые заслуги, равные подвигу. Он хранился в семье и передавался из поколения в поколение. И был у Айсейлоров такой обычай: если женщина из их рода не могла по каким-то причинам соединиться в браке со своим возлюбленным, она при расставании дарила ему такой кинжал. Своим поступком она как бы давала клятву: не вступать в брак ни с кем другим. Если от такой связи появлялись дети, их безоговорочно принимали в роду Айсейлоров, и никого не волновало, что они родились вне брака. А какие красавицы были их женщины! Таких волос и такой глубины зелени в глазах не было больше ни у кого на Кошаре. Ах, эти знаменитые глаза Айсейлоров! Иметь в любовницах Айсейлорку считалось большим везением, и всегда такому счастливцу завидовали. В любви они отдавали себя без остатка, и не было им равных в любовных фантазиях. А уж заполучить Айсейлорку в жёны было большой честью, но они редко роднились с другими родами, а боковые ветви были немногочисленны. Кстати, у твоего отца была мысль договориться о твоём браке с наследницей из Правящего Дома Айсейлоров, но сомневаюсь, чтобы это у него получилось. Для единственной наследницы Айсейлоры нашли бы кого-то из своих.

– Это с этим-то котёнком? – рассмеялся Айлен, указывая на фотографию, которая всегда стояла у Ринариса на столе.

– Ну, это фото было сделано давно, сейчас ей было бы лет семнадцать.

Ринарис взял в руки фотографию и протянул её племяннику. Айлен внимательно вгляделся в изображение – он увидел очень красивую необычной расцветки кошку. Такой окрас очень ценился на Кошаре, был большой редкостью и являлся типичным для Айсейлоров. Подшерсток и цвет основной шерсти у корней были очень нежного золотисто-песочного цвета, а самые кончики волос, примерно на одну восьмую, были тёмно-рыжими вперемежку с чёрными, и создавали впечатление накинутой на спинку тёмной вуали. Глаза у кошки были большие, миндалевидные и очень выразительные, ярко-зелёные, напоминающие драгоценные азониты. Тёмная обводка вокруг глаз, губ и мочки носа подчёркивала яркую внешность четвероногой красавицы. Рядом с взрослой кошкой сидел маленький котёнок с такими же огромными зелеными глазами и озорным выражением на мордочке. Окрас шерсти был таким же, как и у взрослой кошки, с тем отличием, что совершенно отсутствовали чёрные кончики, и в целом котёнок смотрелся рыжевато-золотистым.

– Окрас у котёнка очень редкий даже для Айсейлоров, – заметил Ринарис и, переведя взгляд на взрослую кошку, сказал, – это моя бывшая возлюбленная, Шелли Эрнани Айсейлор, а котёнок её родственница, Дэйнара Лилианна Айсейлор – наследница Правящего Дома. Какая бы из неё красавица выросла, если бы не катастрофа, унесшая жизни Айсейлоров.

– Погибли все? – спросил Айлен.

– Если бы кто-то из них и остался в живых, то об этом давно стало бы известно. Какой смысл скрываться? Айсейлоры покрыли себя бессмертной славой во время войны с крысаками, только благодаря им Элария не была разрушена. И любой из Айсейлоров, оставшийся в живых, был бы принят с распростёртыми объятиями.

– Да, вероятно, ты прав, дядя, а жаль. А у тебя нет фотографии твоей возлюбленной в обычном виде?

Ринарис усмехнулся:

– Когда Шелли дарила мне эту фотографию, она сказала, – «Смотри на мой кошачий портрет и вспоминай меня настоящую, я хочу остаться у тебя в памяти, а не на бумаге».

Немного помолчав, видимо восстанавливая в своей памяти образ своей любимой, Ринарис тяжело вздохнул и продолжил:

– Их мужчины были славными воинами, с Дикими были на равных, и те их уважали. Воины из рода Айсейлоров никогда не отступали.

– Как и в своём последнем бою! – отметил Айлен.

– Да, они погибли, но не отступили, не зная, что и всему роду суждено вскоре погибнуть. Это был чёрный день для всего Кошара. Погибли два древних рода, погибло самое крупное и ценное книгохранилище. И эти утраты невосполнимы.

– Странно, что Островные маги ничего не смогли сделать для своего спасения и все погибли.

– Маги – это ещё не боги, а разбушевавшаяся стихия подобна божественному промыслу, против которого нет спасения.

Они немного помолчали, вновь осмысливая произошедшее в далёком уже прошлом, и неожиданно Ринарис спросил:

– Так кто же твоя возлюбленная, которая подарила тебе священный кинжал?

– Бывшая возлюбленная, – поправил его Айлен, – и я уверен, что она не имеет никакого отношения к Айсейлорам. Кинжал, скорей всего, попал к ней случайно – во время войны всякое бывает. Она сирота и ничего не знает о своём происхождении. Если б она была из этого знаменитого рода, разве стала бы такое скрывать, ведь тогда перед ней раскрылись бы все двери.

– Конечно, во время войны много было жертв, а сколько детей остались сиротами, ничего не зная о своём происхождении. Сейчас, правда, с помощью генетической экспертизы, уже многие нашли свои корни, но, к сожалению, не все обращаются. Но всё же твоя Лили заинтересовала меня. Какого цвета у неё были волосы и глаза?

– Волосы у неё были окрашены в белый цвет, и я не видел их натурального окраса.

– А разве ты не видел её в кошачьем облике, ведь всем давно известно, что как бы наши кошечки не изменяли свой человеческий образ, кошачий всегда сохраняет свой первозданный вид.

– Нет, такого случая не представилось, а вот глаза были именно такими, как у Айсейлоров, но ты же знаешь, дядя, на какие ухищрения идут женщины – возможно, это были линзы, – Айлен хитрил, но он не хотел, чтобы Ринарис всерьёз заинтересовался Лили.

Айсейлорки очень гордились своими волосами, и вряд ли стали бы их перекрашивать. Но всё же мне любопытно взглянуть на твою бывшую подружку. Возможно, что это какая-нибудь боковая ветвь от рода Айсейлоров. Можно было бы провести генетическую экспертизу, и если это подтвердится, я подыскал бы ей подходящего мужа. На Кошаре происхождение всегда ценилось выше богатства. Не хочется терять кровь Айсейлоров, даже небольшую её часть. Этот достойный древний род знаменит великими воинами и мудрыми правителями, и было бы благородно позаботиться об их, даже далёких, потомках.

Айлену совсем не понравилось то, что распланировал дядя. Хотя он и уверял себя, что его теперь не касается судьба Лили, но где-то в глубине души он чувствовал, что ему не всё равно.

– Значит, Лили прислала все твои подношения твоей жене в подарок, а тебе подарила бесценный кинжал Айсейлоров, – усмехнулся Ринарис, – меня всё больше и больше интересует эта девушка. Её поступок – это поступок истинной Айсейлорки. И, сдаётся мне, она знала настоящее предназначение кинжала. Ты говорил, что собираешься расплатиться за кинжал? Не советую тебе этого делать. Если она вложила в дарение особый смысл, ты нанесёшь ей оскорбление.

– Но как я могу у бедной девушки принять такую дорогую вещь и не дать ничего взамен?

– Ты разочаровываешь меня, Айлен! Ты подарил ей самого себя, хотя и на время. Эта девушка способна на глубокие чувства. Как же ты смог уйти от такой женщины? У тебя не возникало мысли жениться на ней? У меня такое чувство, что ты до сих пор не равнодушен к этой девушке.

– Дядя, ты же знаешь, что родители никогда бы не дали согласия на такой брак.

– Ты мог бы попытаться, любовь стоит того, чтобы за неё побороться.

– Любовь? Кто говорит о любви?

– Нет? Жаль, жаль. Люди сами загоняют себя в рамки условностей, из которых потом не смеют выйти. И нет такого закона, по которому ты не смог бы вступить в брак с тем, с кем желаешь. Только одни Айсейлоры могли позволить себе не обращать внимания на условности высшего света, и были всегда так глубоко уверены в своей непогрешимости, что никто не смел им слова против сказать. Да, жаль, самый красивый и самый гордый народ Кошара погиб. Всё же, если твоя Лили появится, приведи её ко мне, – попросил Ринарис, прощаясь с Айленом.

– Хорошо, – пообещал Айлен, поспешив распрощаться с дядей.

Дома его ждала жена Гертина, которая была беременна. Айлен с нетерпением ждал появления своего первенца, и был совершенно не рад тому, что образ Лили нет-нет, да посещал его мысли.

Придя домой, Айлен застал Гертину за разглядыванием содержимого шкатулки, присланной Лили, в руках она держала азонитовое ожерелье.

Айлен сам не знал почему, но это ожерелье странным образом беспокоило его. Возможно потому, что это был единственный подарок для Лили, сделанный им от души. Он специально подобрал драгоценные камни, напоминающие глаза возлюбленной, а затем, отнеся их ювелиру, сделал эксклюзивный заказ. Все остальные драгоценности, которые Айлен дарил девушке, были своего рода данью богатого кошарца своей любовнице. Так было принято, и он следовал этому негласному правилу. Но азонитовое ожерелье – это особый подарок, не говоря уже о том, что он был прощальным. Жена Айлена Гертина носила одежду таких цветов, что к ней совершенно не подходили азониты. Но она иногда доставала ожерелье из шкатулки и смотрела откровенно жадным взглядом, прикидывая его стоимость. Айлена просто коробило, когда это происходило при нём.

– Как ты думаешь, Айлен, сколько оно может стоить? – спросила Гертина мужа, в очередной раз доставая ожерелье, и внимательно рассматривая его.

– Но ты же не собираешься продавать его? Что скажет твой отец? – попробовал образумить свою жену Айлен.

Я его спрашивала, и он сказал, что этот подарок не от него.

– Всё равно, некрасиво продавать подарки, тем более, свадебные, – заметил Айлен.

Герти рассеянно, словно что-то обдумывая, посмотрела на него и пожала плечами.

– Тебе что, на твои увлечения не хватает денег, которые я тебе даю? Это же абсурд.

– Но я же всё равно его не ношу, – объяснила Герти, укладывая ожерелье обратно в шкатулку.

– В конце концов, у нас же будут дети, вот и оставь его нашей будущей дочери, – сказал Айлен.

Гертина поставила шкатулку на место.

– Я поеду, навещу свою подругу Найру. До вечера, любимый, – и она, поцеловав мужа, быстро вышла из комнаты.

Айлен сам иногда брал азонитовое ожерелье, поддаваясь какой-то необъяснимой тяге, и подолгу смотрел на него, перебирая камни. Перед его мысленным взором возникали самые прекрасные в мире глаза, смотрящие на него с укором.

В конце концов, Гертина все-таки тайком продала ожерелье. Когда обнаружилось, что Герти покуривает запретную травку, Айлен потребовал, чтобы жена расплачивалась чеками, которые потом приходили к нему для оплаты, а наличных ей больше не давал. Травка сама по себе здоровью сильно не вредила, но влияла на деторождение. Гертина в то время уже ждала ребёнка, но от травки не отказалась. Айлен места себе не находил, беспокоясь о ребёнке. Было поздно что-либо предпринимать, и ребёнок родился раньше срока и мёртвым. Врачи определили, что это влияние запретной травки, привозимой с планеты Лонга, и имеющей идентичное название. Герти курила её уже несколько лет. Кроме того, открылось, что она изменяла мужу. Последовал развод, и Гертина, избегая скандала, отбыла в дом своих родителей. Так закончился для Айлена этот, как он думал, идеальный брак, устроенный его родителями и с его одобрения.

Азонитовое ожерелье Айлен выкупил, когда нашёл ювелира, которому его продала Герти. Последний раз взглянув на него, Айлен положил украшение в сейф рядом с кинжалом – подарком Лили. Так и лежали рядом два прощальных подарка, напоминая Айлену об утерянном.

 

   

пришлите свои отзывы или пожелания

Page created by Larissa Kulbatskaya
Copyright 2010 All Rights Reserved.